optic-illusion

Оптические иллюзии – намеренный обман зрения. Когда Рембрандт ввел в живопись светотень, они стали одним из основных художественных приемов. Если обратить внимание на его картины, видно, как тонировка создает впечатление объема, перспектива искривляет пространство, картина перестает быть плоским изображением и становится копией реального объекта.

Древнегреческие живописцы Зевксис и Паррасий нарисовали по фреске на стене храма. Когда первый снял покрывало со своей стены, под ним был изображен виноград, и птицы слетелись его клевать. Зевксис предложил снять второе покрывало, но Паррасий ответил, что нарисовано именно оно.

Его победа ознаменовала подход к искусству, при котором искусство является отражением жизни.

Первым о том, что картина обманывает, предлагая замену видимого писал еще Платон в самом известном своем диалоге, считая подражание природе главным принципом искусств. Живописать для него значило копировать.

Художники Возрождения занимались новаторством по-своему. «Послы» Гольбейна-младшего (1533) изображают людей в окружении предметов. Приглядитесь к переднему плану: там оптическая иллюзия. В технике «анаморфоза» изображен череп, который можно увидеть с определенного ракурса. Смерть становится центром композиции, в то время, как первичный сюжет теряет смысл.

«Портрет императора Рудольфа II в образе Вертумна» (1590) Арчимбольдо составлен из овощей и фруктов, что дало повод причислять автора к «идейной» живописи. Есть у него и картины-перевертыши: корзина с фруктами превращается в человеческое лицо. Художественная условность призвана заменить зрение, но сама картина ─ зримый предмет.

Об этом в книге «Разумный глаз» писал Ричард Грегори: «Картины ведут двоякое существование. Прежде всего – это объекты как объекты: узоры на плоских листах бумаги; но в то же время глаз видит в них и совсем другие предметы. Узор состоит из пятен, линий, точек, мазков… Но эти же самые элементы складываются в лицо, дом, корабль средь бурного моря».

Художники разных времен обращались к приему «двойного зрения». Всем знакомые психологические тесты когда-то были живописными безделушками. Утка или заячья голова? Античная ваза или два профиля? Здесь границы образов сливаются, и нельзя сказать наверняка, что хотел изобразить автор.

Вглядитесь: таковы картины Окампо и Ороса, Йерки и Шупляка, а также некоторые работы Дали: «Лебеди, отраженные в слонах» (1937), «Невольничий рынок с явлением незримого бюста Вольтера» (1938), «Очарованный берег с тремя жидкими грациями» (1938), «Юность» (1941), ─ и его же инсталляция «In Voluptas Mors» (1951).

Но даже божественную мантию из «Сотворения Адама» (1511) Микеланджело, предположительно повторяющую форму человеческого мозга, можно назвать намеренным обманом зрения.

Позволял себе такие хитрости и Магритт, и Эшер.

Кстати, работа «Выпуклое и вогнутое» (1955) скоро появится на стене Синего краба.

В современном искусстве некоторые оптические иллюзии можно воплотить с помощью графических редакторов: достаточно вспомнить ставшую легендарной заставку к «Настоящему детективу» Фукунаги, где портреты персонажей методом двойной экспозиции объединены с пейзажами, встречающимися в сериале.

Наблюдайте, вдохновляйтесь, пробуйте!

Каждый человек – творец, и вы можете доказать это на практике.